+ Ответить в теме
Страница 3 из 15 ПерваяПервая 1 2 3 4 5 13 ... ПоследняяПоследняя
Показано с 21 по 30 из 145
  1. #21
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    2
    Ферре впервые проснулась не от противного крика Айлуры и её долбёжки в ветхую дверь, а от весёлого писка и приятного топота по животу. Её кровать облепили малыши таре, их было около десятка. Фимбула погладила каждого таре и пошла вниз, механизмы гуськом попрыгали за ней.
    Сётунг был во дворе и кормил своих таре. Здоровые механизмы умудрялись брать еду своими болтающимися челюстями и разжёвывать. Видимо, всё-таки они могут подтягивать их, когда требуется. Фимбула увидела оставленный ей на столе завтрак – знакомый суп-лапшу. Позавтракав, она вышла во двор, и крошечные таре высыпали за ней, несясь к корыту с кормом.
    — Доброе утро, Фимбула. – Улыбнулся фермер.
    — Доброе, Сяо. – Ответила ферре.
    — Ну как, готова к сборке таре?
    — Готова, как никогда!
    — Замечательно. Приступим! Для создания таре нужна краска и много железной руды. Я отправлюсь в соседнее поселение за краской, а ты принеси мне руды. Справишься?
    — Легко. А сколько нужно?
    — Поскольку мне предстоит отливать трёх таре, понадобится 21 мешок руды. На одного таре уходит семь мешков. Начнём с руды. Потом отдохнём, и надо будет добыть шерсти.
    — Сяо, а может нам уже сейчас распределить наши задачи? Я хочу поскорее собрать моих таре.
    — Ох, а к чему такая спешка? Прогуляйся по Пескам, искупайся в оазисах, посети Змеиный Перевал. Оттуда видно – не поверишь! – Северное Сияние!
    — Я бы с радостью, но у меня мало времени. Чёрный Ветер зовёт меня.
    Сяо заметно изменился в лице. Нет, его лицо не стало гневным или шокированным, а скорее грустным, будто бы он что-то вспомнил. Фермер тяжело вздохнул и произнёс:
    — Когда-то и мой Чёрный Ветер звал меня… после года скитаний по миру мы встретились… но я не воин… вернувшись домой, я сложил свои мечи в самый дальний ящик и променял воинскую славу на эту ферму, и стал выращивать таре. Я использовал Чёрного Ветра как вьючную лошадь, он был очень вынослив и даже заменил мне осла. Я возил на нём грузы на такие расстояния, что любой осёл бы сдох. Но я понимал, что это неправильно. Демон рождён не для того, чтобы возить на себе корзинки с цыплятами. Я сказал об этом моему Ветру, что я отпускаю его; он достоин лучшего седока. Он не хотел уходить. Он говорил, что мы одно целое, что он будет верен мне всегда даже по ту сторону жизни. Даже когда я сжёг его поводья, он не хотел бросать меня. Тогда я приказал ему уйти, и он повиновался. Мы оба знали, что будем очень скучать друг по другу, но тем не менее он не посмел ослушаться. А через неделю мне приснился сон: мой демон пришёл ко мне в том же огненном лесу, сказал, что никогда не забудет меня. Затем встал на задние ноги и испарился как фигурка из сухого песка. Маленький огонёк устремился к небу и там пропал. И больше мы не виделись. Я спросил у Жрицы Нуи, что значит этот сон. Нуи ответила ей: Чёрный Ветер так привязался ко мне, что не смог выбрать нового ездока. Вместо этого он предпочёл вернуться в нематериальное пространство и остаться там… сейчас я бы отдал всё, чтобы снова увидеть его, погладить его угольно-чёрную шкурку, покататься на нём… но увы, этот шанс выпадает лишь единожды, и я упустил его. Чёрные Ветра не возвращаются назад. С тех пор я не слышу ни его, ни других… и он меня уже не слышит…
    — Оу… это так печально… – вздохнула Фимбула и смахнула слезу.
    — К чему я это рассказал-то… я не посмею тебя задерживать. Мы в ближайшее время соберём всех таре, и ты отправишься навстречу своему демону. Руду ты сможешь накопать во-о-о-он у той виднеющейся на горизонте скалы. К сожалению, там единственное месторождение… поспеши, надо успеть до темноты, а пути неблизкие!
    — А что будет ночью?
    — Ночью… о-о-о-ох… ночью из подземных нор выползают гигантские муравьи и скорпионы, а со стороны Змеиного Перевала ползут злые души усопших, умерших страшной смертью и похороненных там… нельзя хоронить у Змеиного Перевала, земля там настолько холодна и пуста, что даже отвергает мертвецов…
    — Хорошо, мы будем осторожны. Мы успеем до заката.
    — Очень надеюсь… кстати! Вот твоя новая одежда. Думаю будет покрепче твоей.
    Фимбула зашла в дом и переоделась. Сяо принес ей доспехи из плотной кожи с металлическими вставками. Только вместо обуви он дал ей поножи из плотной кожи для лошадей, так как ферре не носили обуви. Поножи плотно обхватили лапы ферре и удивительно удобно сели, как вторая кожа. Фимбула почувствовала, как возросли её силы с новыми доспехами. Лук её устраивал прежний. Ферре вызвала ятту Ежевику и понеслась к горе.
    Ятта принесла её к месторождению довольно быстро; солнце только-только начало клониться к закату. Фимбула достала из сумки свою складную кирку (спасибо Джанге, очень умелому кузнецу и просто мастеру на все руки), размялась и начала разрабатывать залежи.
    Одна кучка, другая кучка, третья кучка… солнце наполовину зашло за горизонт, но норма была выполнена: 20 мешков, связанных вместе. Соорудив нечто вроде лямок, ферре водрузила груз себе за плечи и вскочила на ятту. Ежевика с недовольным хрипом пошатнулась, но быстро восстановила равновесие. Ферре дёрнула уздечку, и ятта пошла пешком, с трудом передвигая ноги. Фимбула сильно испугалась: такими темпами она не успеет добраться до темноты, но и насиловать бедное животное не имеет смысла. Это не вьючная ятта, она не приспособлена к таким нагрузкам. Фимбула потрепала Ежевику за крепкую шею, и та шла с такой скоростью с какой могла.
    Фимбула даже не знала, сколько она прошла; полпути, может треть. Ежевика ковыляла вперёд медленно, но уверенно, таща на себе ферре и груз. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, стало темнеть. Окружающая местность наполнилась странными звуками. Кричали не то птицы, не то какие-то звери. Девушка поёжилась: ночью в Песках холодно, да и рассказы о гигантских скорпионах и муравьях не внушали ничего кроме тревоги.
    Стало совсем темно. Крики птиц смолкли, и тишина наполнилась звоном сверчков. Фимбула закуталась в свой пиджак, но это не помогло. Стало слишком холодно, да и спать хотелось очень сильно. Вряд ли Сётунг вернулся домой, можно заночевать здесь.
    Ферре нарвала листьев юкки, соорудила круг из мелких камешков, валявшихся повсюду, нарвала коры драконовой пальмы и развела костёр, сложив мешки рядом под деревом и отозвав Ежевику. Ферре прислонилась к стволу пальмы и наслаждалась ласкающим теплом огня. Танцующие пламенные языки гипнотизировали, завораживали, успокаивали; стрёкот сверчков и мерцающие звёзды словно предрасполагали к крепкому безопасному сну. Фимбулу начало клонить в сон; она помнила слова Сяо о скорпионах и муравьях, но спать хотелось просто невыносимо. Помолившись про себя Нуи, ферре поддалась и заснула.
    Горка песка, недалеко от спящей ферре, зашевелилась. Что-то пробивалось наружу внутри неё. Горка поднималась и поднималась, затем из её макушки вылезли два больших усика, ловящие вокруг воздух. Горка начала вновь расти, и из неё вылезла голова гигантского муравья, жадно клацающего челюстями. Муравей огляделся и заметил ферре. Спящая беззащитная жертва. Лакомый кусочек. Насекомое осторожно поползло к добыче, вытащив из песка своё огромное тело.
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  2. #22
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    3
    Фимбула мирно спала и вновь видела своего Чёрного Ветра. Конь снова нёс её по невиданным ныне землям, но внезапно он остановился. «Проснись! – прохрипел он. – Беда близко!» «Что? Ты о чём?» – ответила Фимбула. Демон необычно застрекотал и заклацал зубами. Фимбула вздрогнула и проснулась. Увидев перед собой гигантскую морду муравья, она едва успела отскочить от гигантских захлопнувшихся челюстей. Муравью не понравилась такая шустрая жертва, он поднял переднюю часть тела и его передние лапы раскрылись как ножницы и стали походить на две косы. Угрожающе щёлкая зазубренными лапами, он пошёл на ферре. Фимбула достала свой лук и одну за другой всадила в муравья четыре стрелы подряд. Из ран насекомого заструилась желтоватая слизь. Насекомое рассвирепело ещё больше. Фимбула сразила его зазубренной стрелой, затем стрелой с проклятой кровью, после этого последовали отравленная стрела и Метка Преследователя. Кислотный взрыв заметно ослабил муравья; лапы монстра наполовину растворились, и он пытался ползти уже на обрубках. Осталось лишь добить его. Но как? Прыгать на него сверху опасно, можно попасть в челюсти. Нужно это сделать спереди и так, чтобы не попасться. Но сможет ли старый ржавый кинжал Айлуры справиться с муравьём? Тем не менее можно рискнуть. Ферре уловила момент, когда муравей откроет израненный панцирь, резко замахнулась мечом и прыгнула за ним, выставив его вперед. Не Фимбула вела сейчас меч, а он её. Она никогда не делала подобных приёмов, это была чистой воды импровизация. Кинжал рассёк панцирь муравья. Из огромного разреза на чёрном панцире выглянуло мягкое тельце красноватого цвета. Фимбула подпрыгнула с разворотом, снова позволив мечу вести её, и сильный удар с воздуха обрушился на уязвимое место. Муравей просто истерично завизжал, дёрнулся и упал без движения. Пару раз дёрнулась его лапа.
    Фимбула смогла отдышаться и подошла к чудовищу. Муравей был размером с добрую лошадь, но судя по жвалам и размеру брюшка молодой. Под твёрдым панцирем ферре заметила слабое мерцание. Сначала она подумала, что это Северное сияние отражается в гладком панцире, но, подняв голову, она увидела иссиня-чёрное небо. Сияния не было. Что же это может быть? Фимбула стала потрошить муравья кинжалом Айлуры, который сильно погнулся от удара и на сгибе появилась белая полоса; вот-вот сломается.
    Потрошить муравья оказалось труднее чем она думала: жёсткое мясо с огромным трудом отдиралось, кусок за куском кинжал гнулся сильнее и сильнее. Наконец, когда он упёрся во что-то твёрдое, он просто переломился пополам. Фимбула с досадой вздохнула и продолжила когтями расковыривать мерзкую муравьиную мякоть. Было проще, но противно. Ферре докопалась до необычной вещи, похожей на прозрачный камень или твёрдое стекло. Внутри этого предмета что-то шевелилось. Что-то бесформенное, но несомненно живое. Оно сжималось, увеличивалось, пульсировало, кипело, меняло форму, но не останавливалось. «Хм-м-м… – подумала ферре. – Что это может быть? Какая-то… искра?» Она ещё раз осмотрела предмет. При повторном рассмотрении он показался ей знакомым. Но вот где она могла его видеть? Минутку… уж не в малышах таре ли сидели подобные «искры»? Фимбула решила приберечь это для Сяо, и положила камешек в сумку.
    Только она хотела позвать Ежевику, как случилась новая напасть: страшный скорпион размером чуть больше того самого муравья появился просто откуда-то из темноты, при чём неслышно. Скорпион угрожающе защёлкал клешнями на ферре и только позже обратил внимание на мёртвого муравья. Тощее хвостатое существо сразу потеряло для него интерес; вот настоящее лакомство! Монстр пополз к муравью и по инстинкту начал тыкать в него хвостом. Но тыкал он странно: жало не касалось муравья, не могло проткнуть его; оно безжизненно болталось, и при касании с муравьём просто гнулось в сторону. Скорпион начал злиться, размахивать хвостом и клешнями и ещё яростнее нападать на муравья. Фимбула присмотрелась. Хвост скорпиона был ранен, из него торчало что-то острое, что почти отсекло жало. Наигравшись с муравьём, скорпион вновь обратил своё внимание на ферре. Такой маленький кусочек можно проглотить целиком. Фимбула хотела защищаться, но вспомнила, что кинжал сломался. Кошку на пару мгновений обуял страх, но она заставила себя успокоиться и с присущей ей ловкостью забралась на драконовую пальму. Оттуда она открыла огонь стрелами по скорпиону. Скорпион оказался покрепче муравья, и Фимбула растратила почти всю ману, прежде чем поверженный монстр свалился на песок. Ферре спрыгнула с пальмы и первым делом бросилась осматривать раненый хвост монстра. Жало и часть хвоста были уже отмершими и начали разлагаться. Яд уже не действовал, скорпиона ранили давно. Более того, хвост ниже раны тоже начал загнивать и отмирать. Монстр всё равно погиб бы от голода. Фимбула осторожно провела пальцем по мечу. Острый как бритва, крепкий, на подушечке пальца появились капельки крови. Несомненно, этот меч создан для борьбы с твёрдопанцирными тварями. Ферре нашла торчащую с другой стороны хвоста рукоять меча. Она была сделана в виде раскрывшей крылья птицы, на груди которой был глаз из сиреневого драгоценного камня. Ферре взялась за рукоять и изо всех сил дёрнула её, думая, что меч уже врос в гниющую плоть. Но меч с лёгкостью и хлюпающим звуком распорол свои органические оковы, и Фимбула едва не завалилась на спину. В её руках был невероятно лёгкий, но прочный и обоюдоострый меч; он невероятно удобно ложился в руку, словно срастаясь с ней, становясь её продолжением. Фимбула подошла к едва живому костру, чтобы проверить качество предмета. К её огромным удивлению и радости меч отливал синим цветом. Это был «синий» меч, редкий предмет. Ферре ощущала себя танцовщицей, каждое движение которой несёт смерть врагу.
    Раздались очень подозрительные звуки, и из темноты появились три гигантских муравья, более угрожающего вида. Зазубрины на их лапах были ещё крупнее, челюсти больше, а панцирь явно твердее. Взрослые особи явились на запах добычи. Фимбула мигом очутилась на дереве; мана восстанавливалась слишком медленно, а здесь муравьи её если и заметят, то хоть не тронут. Драконовые пальмы известны своей прочностью, поэтому считаются единственными деревьями, непригодными для рубки и использования.
    Муравьи некоторое время принюхивались, затем нашли своего молодого собрата и злейшего врага – скорпиона. Хищники начали жадно пожирать трупы, издавая специфические писки. Этого-то Фимбула боялась больше всего: на этот писк явился ещё десяток муравьёв. Муравьи начали нервно пищать и ходить вокруг обедающих собратьев. Кому-то удалось пристроиться, а кто-то получил лапой по голове. Трупы были съедены довольно быстро, и монстры обратили взоры к Фимбуле. Ферре попробовала атаковать, но маны хватило лишь на отравленную стрелу и Метку. Теперь ей стало по-настоящему страшно: неизвестно, вернёт ли Нуи её к жизни? Ферре знала множество примеров, когда кто-то умирал навечно, богиня по каким-то причинам не возвращала их к жизни. Кто знает, может и она окажется в числе этих невезучих?
    Муравьи противно шипели и пытались лезть на пальму. Конечно их огромные тела не могли удержаться на тонком стволе, но зато, встав на задние лапы, они чуть ли не хватали кошку за хвост. Ферре залезла в самый центр кроны, сжалась в комок и подняла хвост. Муравьи упорно тянулись к ней своими зазубренными лапами, угрожающе щёлкая челюстями. Мана восстанавливалась очень медленно. Тут муравьи будто догадались о беспомощности жертвы: они начали заползать друг на друга, чтобы дотянуться до кошки. Фимбула просто била их по лапам своим новым «синим» мечом, но без маны от него было не сильно много толку: меч ранил твёрдые лапы, но не причинял им серьёзного вреда. Они тянулись со всех сторон, только и успевай головой вертеть, а то обрубят хвост по копчик.
    Внезапно в голову пришла безумная идея. Ферре вспомнила о своих львах; ведь маной обладают и питомцы тоже. Если она спрыгнет, монстры погонятся за ней, но они слишком быстрые. На одном из львов она сможет убегать и отстреливаться! Можно попробовать…
    Фимбула сжалась до предела, затем совершила резкий изящный прыжок. Перевернувшись в воздухе, она приземлилась на песок. Удар сковал обе ноги, но медлить нельзя; ферре помчалась вперёд на четвереньках, тратя последние, едва восстановившиеся крохи маны. За мешками с рудой она вернётся позже, сейчас главное спастись. Муравьи погнались за жертвой, быстро нагоняя. Фимбула вызвала Гарруса, когда мана совсем иссякла. Теперь она и муравьи были практически на равных скоростях. Фимбула осторожно отпустила поводья и натянула лук. Но удержаться на льве и стрелять было очень тяжело: тело Гарруса ходило волнами, лев бежал резкими рывками. Ферре крепко зажала тело льва между ног, поймала ритм и, двигая бёдрами в такт бегущему питомцу, смогла найти равновесие и натянуть тетиву лука. Теперь уже тратилась мана Гарруса; лев пытался обеспечить хозяйке максимальную точность и силу выстрела. Стрела за стрелой летели в головы муравьёв, один за другим монстры падали замертво. Но и Гаррусу пришлось истратить всю свою ману, прежде чем последний муравей, получив стрелу в глаз, упал мёртвым. Но мана питомцев восстанавливалась гораздо быстрее, и уже через пять минут передышки Гаррус был готов к бою. Фимбула вспомнила про светящийся камень в сумке и решила обшарить муравьёв, чтобы поискать ещё «искры».
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  3. #23
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    4
    Обшаривая каждого мёртвого муравья, она добыла ещё шесть «искр». Начало светать. Пора уходить, пока на муравьёв не набежали скорпионы. Ферре вернулась к той самой пальме, вызвала ятту и продолжила нести тяжёлый груз к Сётунгу.

    — О слава тебе, Нуи!! – воскликнул Сяо и бросился на встречу к ферре. – Я уже собрался поминки по тебе справлять! Всякий, кто ночью уходил далеко от дома безоружным, был съеден скорпионами. О, ты даже добыла сталь! Я преклоняю пред тобой колено, ты великий воин.
    Сётунг преклонил колено. Фимбула сильно смутилась и попросила его встать; её заслуги были ещё не настолько большими. Тут она вспомнила об «искрах» в сумке. Она достала одну и обратилась к фермеру:
    — В телах муравьёв, я нашла эти штуки. Что это такое?
    — О, ты даже нашла самый главный материал! – обрадовался Сётунг. – Это искра жизни, так мы её называем. Мы думаем, что это порождение магии, ибо эта искра и оживляет наших таре.
    — Да?! То есть…
    — Да-да! Крошечное сердечко в рёбрах малышей – это те самые искры. Мы обтачиваем их и после вставляем в таре, и они готовы для выращивания. Я, кстати, добыл необходимую краску. Осталось только добыть шерсть, и таре можно строить.
    — А где взять шерсть?
    — Мне нужны волокна юкки. Юкка – это «лохматое» дерево, которое растёт в Каменной Змее – том самом проклятом ущелье. Юкка очень живучее дерево, его листья не гниют в воде и в огне не горят. Поспеши, Каменная Змея находится ещё дальше! Не думаю что тебе будет приятно встретить орду гниющих трупов!
    — У меня уже есть опыт борьбы с нежитью. – Улыбнулась Фимбула, вызвала снежного льва и помчалась по направлению к Каменной Змее.
    Перевал действительно выглядел недружелюбно: уже издалека ферре ощутила пещерный холод, а ещё ближе к перевалу всё вокруг окутал туман, но не простой туман. Он будто бы был сиреневого оттенка. Гаррус озирался по сторонам и урчал. Фимбула погладила льва, и они пошли искать юкку.
    Безжизненная тропа вела вниз, на «дно» ущелья. Кругом был лишь холодный колючий песок, ни травинки. Напряжение прямо-таки царило вокруг. Туман комьями ползал вокруг как живое существо, приобретая самые причудливые формы: он заползал на отвесную стену и падал оттуда, наваливался волной и отходил, как море, поднимался и падал. Фимбула боялась лишний раз вздохнуть, лишь бы чего не случилось. Гаррус тихо и монотонно урчал, готовый ко всему.
    Откуда-то сверху пала пара камешков и прокатилась по холодному песку. Ферре приглушённо вскрикнула и зажала рот. Лев зарычал громче, но хозяйка и ему дала понять, чтобы он молчал. Лев затих, и Фимбула пошла дальше, озираясь по сторонам как загнанный котёнок. Вдруг впереди появилось тёмное пятно. Оно зияло сквозь туман, огромный чёрный силуэт. Ферре остановилась и затаила дыхание. Что это? Кто-то тихо, едва передвигаясь крадётся по песку. Кто-то большой и тяжёлый. Или это Гаррус? Нет, лев стоит на месте, застыв будто статуя. Кто же это?
    Силует не двигался. Чёрное пятно так и висело в воздухе, на одном месте. Ферре решила подойти ближе. Пятно не двигалось, но стало приобретать более чёткие очертания. Вот из тумана появились вздёрнутые кверху не то руки, не то лапы. Сердце Фимбулы запрыгало как после первого зова Чёрного Ветра; Гаррус выступил вперёд и заурчал. Существо не двигалось. Оно стояло неподвижно, подняв руки кверху. Что это такое?
    Ферре решила выяснить наконец, кто или что стоит впереди, и она крикнула: «Эй! Кто там стоит?! Отвечай!». Ответа, конечно же, не последовало. Силуэт всё так же недвижимо стоял на месте. Ферре достала лук и приготовилась открыть огонь в случае чего; она медленно и осторожно пошла вперёд. Туман всё так же перекатывался комьями, кое-где мелькали тени и раздавался стук коготков. Фимбула выставила лук перед собой и натянула тетиву. Силуэт был почти близко; перед ферре возникло лохматое чудовище с двумя горящими глазами. У кошки подкосились ноги, она едва удержалась. Глаза чудовища чуть сдвинулись в сторону… и полетели сквозь тёмный туман.
    «Тьфу ты, пропасть! – сплюнула в сердцах Фимбула. – Чёртовы светлячки, Анталлон их подери…». Минутку… если глаза оказались светлячками, то объект впереди неодушевлённый предмет. Фимбула облегчённо вздохнула, убрала лук и подошла к нему. Это оказалась юкка. То самое «лохматое» дерево, крепкие листья которого были тонкими и длинными и правда напоминали шерсть. Фимбула боязливо огляделась. Кругом нет ничего подозрительного. Тогда ферре начала аккуратно срывать плотные листья.
    Нарвав их так, что они едва уместились в сумку, ферре снова огляделась. Кругом по-прежнему тихо и напряжённо. Фимбула села на Гарруса, и тот пошёл в сторону выхода. В густой пелене тумана всё чаще начали бегать непонятные тени, всё чаще кто-то где-то скрёбся и ронял камешки. Ферре едва держалась.
    Забрезжил свет выхода. Фимбула со всей силы пришпорила льва, и тот понёсся к ферме таре; казалось, он сам безумно рад убраться подальше от этого проклятого перевала. Хвала Нуи, что ничего не произошло.

    — Ну вот, – радостно сказал Сётунг, – всё готово к сборке таре. Заодно и кузнечное ремесло освоишь. Но это только азы, основному тебя научит Консорциум Синей Соли.
    — Консорциум? Почему Синей Соли? – удивилась Фимбула, вспоминая, где она могла раньше о них слышать.
    — Не знаю, почему их соль синяя, но там находятся самые лучшие мастера своего дела. Быть членом КСС, как мы говорим в простонародье, огромная честь, даже рукопожатие с лордом земель и обед с ним же ничего не стоят, когда тебе приходит сообщение от главы КСС о том, что ты принят в их ряды. Ты ещё столкнёшься с ними не раз. Ну, довольно болтовни, пора за дело!
    Фимбуле не терпелось вырастить своих таре, поэтому она и Сяо весь день, всю ночь, и даже весь следующий день неустанно стучали молотками, скребли ножами, плавили, красили, вымачивали во всевозможных растворах и обтачивали детали.
    Сяо выковал три каркаса новорождённых таре и прикрыл их листьями. Как только таре оживёт, объяснил он, эта шерсть намертво прирастёт к нему, это будет цельное живое существо, которое сможет чувствовать мир вокруг.
    Вот три готовых малыша уже стоят с закрытыми глазами и болтающимися язычками. Но чего-то не хватает. Сяо вставил в грудь каждому обточенную «искру». После крепления искры засияли ещё ярче, и таре ожили. Чёрный, белый и дымчатый. Три малыша тут же бросились к Фимбуле, прыгая у её ног. Ферре уже знала что делать.
    Фимбула восседала на белоснежном таре, взрослом механизме, готовом нести её куда она пожелает.
    — Вот. – Сказал Ся. – Это всё, что я на данный момент смог сделать для тебя. А лишних искр хватит на трёх таре, которых я выгодно продам западным торговцам. Не знаю почему, но они очень любят наших зверей – таре, львов, боевых кошек. Так и мы, восточники, готовы дорого заплатить за их лошадей, волков и оленей.
    — Оленей? Да что у нас своих мало что ли?
    — Нет, Фимбула. Это не простые олени. Это не те низкорослые полтора метра в холке уродцы, бегающие по Соколиному Плато и Рокочущим перевалам, и которых мы забиваем ради шкурки и куска мяса. Олени Леса Гвинедар – высокие и грациозные животные с ветвистыми рогами, украшенными листьями, длинными стройными ногами и гибкими шеями. Торговцы животными знают пару фраз на нашем языке, но не рассчитывай на радушное гостеприимство. На Западе тебя не раз будут резать и протыкать клинками. Раз за разом Нуи будет возвращать тебя в этот мир, а однажды может и не вернёт вовсе… – ферре громко сглотнула. – Раз за разом ты будешь стоять у алтаря Нуи, спасаясь от ненавидящих тебя западников.
    — Чёрный Ветер стоит того. – Уверенно ответила Фимбула. – Я пройду огонь и воду, но найду его. Я не сдамся.
    — Молодец, девочка. Не бери с меня дурного примера, не сходи со своего пути. Иначе кончишь как я – потеряешь дорогого сердцу друга потому, что не вынесешь тяжести обмана. Кстати, иди прямо вот по этой тропинке. Она выведет тебя к Махадеби – экзотическим джунглям, посреди которых находится город Аль-Харба – Город Высоких Башен, как его ещё называют. Походи там поспрашивай, может кто знает безопасный путь на Запад. Туда все путешественники и фермеры стекаются.
    — А ты, Сяо? Ты же ходил на Запад, когда искал своего Ветра.
    — То были другие времена. От Запада к Востоку ходили роскошные галеоны. Своими пушками они отпугивали морскую живность и доставляли пассажиров в сухости и сохранности. – Сяо горестно вздохнул. – Сейчас уже совсем не так. Море кишит чудовищами и пиратами, лишь немногие рискуют плыть через моря самостоятельно, и ещё меньше достигает противоположных берегов. Смотри, Фимбула. Ты полна решимости, но ты явно не знаешь с чем ты столкнулась.
    — Сяо, с того самого момента, как я собралась в путь, меня пугают Западом и бесчисленными смертями. Я прекрасно понимаю, что меня ждёт впереди, но знаешь, это гораздо лучше той жизни, что у меня была. Спасибо тебе за всё. Когда-нибудь я вновь приду к тебе.
    Ферре пришпорила таре. Механизм бежал немного медленнее льва, но быстрее коровы, а его громкий топот даже немного отпугивал время от времени появлявшихся диких монстров. Сидеть на таре было очень непривычно, зато мягко и удобно. Фимбула так же запомнила слова Сётунга о боевых кошках. Первым делом надо будет спросить о них; если это то, о чём она думает, то очень кстати.
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  4. #24
    Хранитель печатей Аватар для ArtRitter
    Регистрация
    23.02.2014
    Сообщений
    645
    Лучших ответов
    0
    жду продолжения))

  5. #25
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    Цитата Сообщение от ArtRitter Посмотреть сообщение
    жду продолжения))
    Показать
    уже совсем скоро будет))
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  6. #26
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    Глава 4. Катакомбы Аль-Харбы

    1
    Белоснежный таре, названный Хорусом, за несколько суток пересёк Радужные Пески и теперь нёс хозяйку по джунглям с самыми необычными и красивыми деревьями. Тропинка, что удивительно, была вымощена гладко обтёсанным камнем. Значит, город здесь очень давно. Требуется немало усилий, чтобы выложить тропу такой длины. Хорус бежал не чувствуя усталости; конечно, механизм гораздо выносливее живого существа.
    Тоненькие деревца сменились громадными стволами тысячелетних деревьев, на кронах и ветках которого мелькали огромные рогатые гориллы, в водах плескались большие слоны со слонятами, а от их шагов во все стороны расплывались большие причудливые карпы. Махадеби, жемчужина Востока. Богатый край, Первый Центр Востока, куда съезжались торговцы со всех районов, чтобы приобрести редкие товары и продать свои. Так же Аль-Харба, главный город Махадеби, славился своими тавернами, где можно провести с комфортом ночь, отведать экзотических блюд и порадовать себя отличной и недорогой выпивкой. Урчащий живот Фимбулы подсказал, что первым делом надо бы посетить таверну. Хорус пожевал в дороге драконовых плодов – очень твёрдых как камень несъедобных фруктов, но челюсти таре легко раскололи его. Как рассказывал Сяо во время создания, таре единственные существа, кто питается этой гадостью. Видимо, их нутро создано для переваривания подобных вещей. Как так получилось – неизвестно.
    Фимбула натянула поводья, и Хорус пошёл пешком. На входе в город стояли четыре стражника в крепких латах, держащие в руках копья, способные одним ударом свалить с ног слона. Едва она приблизилась, стражники как один отдали честь, и снова замерли. Ферре проехала под толстой аркой и её окружили снующие туда-сюда люди, деловито гуляющие кошки и собаки, странно одетые люди, ферре и харнийцы на львах и лошадях, при чём одни лошади мускулистые, чуть приземистые, и бегают не так быстро, другие более изящные, стройные и неслись над землёй с поразительной лёгкостью.
    Ферре отозвала таре и пошла по узкой улочке, осматривая город. Никто не обратил на неё особого внимания, Аль-Харба видела даже западные народы и даже пираты не брезговали заглянуть в порт, чтобы сдать награбленное. Скупщики товаров были людьми непредвзятыми и принимали всё что угодно и от кого угодно. На их охране стояли ещё четыре стражника, готовые хладнокровно всадить копьё в глотку любому нарушителю. Если западник и восточник начинали выяснять отношения, умирали оба. Потом уже во власти Нуи было вернуть их к жизни или же в наказание оставить в мире духов.
    Лавки, лавки, торговцы, и пока ни одой таверны. А в животе урчало всё громче. Фимбула остановилась, взявшись за живот и огляделась, ища хоть какой-то знак таверны или хотя бы кабака.
    — Что, внученька, заблудилась? – ласково спросил чей-то старческий голос.
    Ферре увидела старого харнийца, на трясущихся ногах подошедшего к ней и опиравшегося на толстую кривую палку.
    — Доброго дня, дедушка. – Поклонилась ферре. – Да, я прибыла не так давно и ужасно голодна. Не знаете ли вы ближайшей таверны? Или хоть чего-нибудь, где можно перекусить и отдохнуть?
    — Есть, внученька, есть. – Улыбнулся харниец. – Во-о-о-он за тем домом видишь трёхэтажное строение возвышается? Это лучшая таверна во всей Аль-Харбе! Там работает мой внук. Я вот решил перестать пить эти зелья долголетия, я уже достаточно пожил. Я передал таверну ему. Добрый малый, и напоит, и накормит.
    — Спасибо большое. Всего вам доброго.
    — И тебе, красавица.
    Фимбула стеснительно дёрнула ушами и пошла по указанию харнийца.
    За поворотом действительно была довольно аккуратная таверна, названная «Вороний Мистик». В «Мистике» собирался самый разнопёрый народ, но в основном там были члены богатых гильдий, которые приходили в эту «жалкую богами забытую забегаловку», чтоб покрасоваться и посмотреть на завистливые лица «никому ненужных неудачников», которые «ничего не добились в жизни». Едва ферре зашла в таверну в своей достаточно подпорченной одежонке, несколько харнийцев в великолепных одеждах явно не местного изготовления мигом уставились на неё, и с надменной улыбкой начали перешёптываться. Фимбула не обратила на них внимания, и важно прошла к стойке, за которой уже приветливо улыбался совсем молодой харниец с высоко заколотым хвостом гладких прямых волос.
    — Добро пожаловать в «Вороньего Мистика». – Произнёс он. – Чем я могу услужить уставшей страннице?
    — Утиную грудку, пожалуйста, с перцем. Побольше. – Произнесла кошка, горящими глазами скользя по вертелам с сочной птицей, мясом и рыбой.
    — Грудка осталась всего одна, к сожалению, а приготовить новую требуется время. Могу предложить жареное филе гуся, свежайшую говядину и свинину, только что с забоя, и печёного марлина с дымком.
    — Давай всё вышеперечисленное! – сверкнула глазами оголодавшая кошка. – Я очень голодна!
    — Секундочку… – харниец отошёл и через минутку протянул ферре огромное блюдо с мясом и рыбой с различными приправами. – Пожалуйста.
    Ферре уселась за свободный столик и принялась жадно уплетать мясо. Она попутно разглядывала посетителей таверны; надменные члены гильдий вызывали вовсе не зависть, как им казалось, а скорее отвращение; «бедняки» смотрели на них так, что в их глазах ясно читалось «да уйдите вы уже отсюда побыстрее…», даже сам хозяин таверны был явно не рад таким гостям. Оно и понятно: высокомерие прямо таки пёрло из них, как жир из свиньи. Но Фимбула вспомнила, что однажды в юности говорил ей пропавший без вести отец: «Знаешь, чем отличается стая от прайда? В прайде каждый стремится заслонить товарища собой. В стае же каждый стремится спрятаться за его спину.». Так вот эти товарищи напомнили Фимбуле стаю: вместе они вели себя как хозяева мира, но напади на них поодиночке – даже крысолюд с ними справится, несмотря на роскошные доспехи.
    Один харниец вдруг заметил ферре и стал делать ей весьма двусмысленные жесты. Сидевшие рядом с ним девушки хихикали, притворно стараясь это сдержать. Мол, смотри, кошка, мы открыто издеваемся над тобой, и ничего ты нам не сделаешь. Но не ту кошку за хвост они дёрнули; ферре демонстративно передвинула стул так, чтобы повернуться к ним спиной. Судя по волнообразному гулу воинам такое поведение очень не понравилось. Раздались тяжёлые приближающиеся шаги, и напротив ферре плюхнулся тот самый харниец. Сам по себе он был не красавец: лыс, грушевидное лицо, маленькие поросячьи глазки. Но его это не смущало, ведь золотые доспехи, отливающие рыжим цветом и «красный» лук за спиной вполне компенсировали внешнее уродство.
    — Э, киска, чего такая несговорчивая-то? – похотливо спросил он, коснувшись её руки.
    Фимбула резко отдёрнула руку и громко пшикнула. Харниец чуть отстранился, но довольно быстро его лицо вновь приобрело противное спокойствие.
    — О-о-о-о, какие мы агрессивные. Мне нравятся дерзкие дамы.
    — А мне нравятся красивые мужчины с шёлковыми длинными волосами. – С улыбкой ответила Фимбула. – Так что уйди, не занимай место.
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  7. #27
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    2
    С лица харнийца не сходило похотливое выражение и самодовольность. Видимо, он понял, что собеседница крепкий орешек и перешёл к своему главному козырю:
    — Видишь мои доспехи, крошка? Видишь, золотым отливают? Это эпические доспехи, такие могут позволить себе только члены сильных и богатых гильдий. Создать такие не просто, ой как непросто, поэтому и стоят они заоблачно. А как тебе мой лук-реликвия? Красивый, да? А знаешь, как мощно он стреляет? Я в одиночку сражаюсь с демонами Нуимара, Сальфимара, библиотеки Эрнарда, Колыбели Разрушений, и даже однажды смог сразить Гартарейн.
    — Гартарейн? Уж не тот ли это легендарный мифический дракон? Я слышала о нём. Но говорят, что этот дракон миф, просто красивая страшилка.
    — Ну, во-первых, она. Гартарейн – дракониха. Это дитя самой Природы, это её воплощённый Гнев. Гартарейн одна из тех, кто одним своим дыханием несёт смерть всему живому. И я убил её. Один. И как только она возродится, я вновь отправлю эту шавку обратно в Преисподнюю к Анталлону!
    — Если Гартарейн и правда существует, то тогда ты точно не мог убить её один. С гневом природы никто не сможет справиться, ибо Природа есть Боги. – Ответила Фимбула с наглой улыбкой.
    Харниец замер с раскрытым ртом, не зная, что сказать. Девчонка оказалась умнее, чем он думал. И храбрее. Ему было очень непривычно такое поведение, он привык, что перед ним всегда все вели себя как собачонки перед хозяином. Ферре продолжила поедать мясо, жестом дав понять, что не желает продолжать разговор.
    Всё, хватит нежностей. Харниец принял вызывающую позу и произнёс:
    — Мы – гильдия Рассвет Солнца. Мы сильнейшая гильдия Востока. Западники слезно умоляют наших солдат пощадить их, даже на Мираже нас обходят стороной! Мы держим в своих руках ещё пять гильдий, которые платят нам налоги. Скоро мы завоюем весь мир и все будут нести к нашим ногам мировые блага. Кто не с нами – тот будет уничтожен! Я предлагаю тебе, киса, стать одной из нас.
    — Спасибо, заманчивое предложение. – Улыбнулась ферре. – Но свободу я ценю больше.
    —Что тебе не нравится?! У тебя будет всё, что ты хочешь – лучшая броня, лучшее оружие, горы золота в кошельке, животные, которых точно не купишь за деньги. Или ты так и хочешь прожить эту жизнь среди рабочей черни, таская на горбу грузы? У тебя будет личный трактор. Личный болид… – голос харнийца стал вкрадчивым.
    — Болид? – переспросила ферре.
    — Чудо западной техники. Это то, что проще говоря называется машина. Она ездит быстрее всего, что ты знаешь, и с ней перевозить грузы гораздо приятнее. Последний раз спрашиваю, ты согласна?
    Фимбула сделала драматическую паузу.
    — Нет. – Уверенно ответила она. – Это окончательное решение. Уже судя по тому, как ты отзываешься об этих людях, ты не воин. Вы не гильдия, вы лишь стая. Стая, где каждый стремится спасти свою шкуру, прикрывшись товарищем. А в курсе ли ты, что еда, которую ты ешь перед боем, сделана натруженными руками уставшего фермера, освоившего в совершенстве кулинарию? Доспехи, которые ты носишь, сделаны руками уставшего вспотевшего кузнеца, который надеется, что куёт эти доспехи для своего защитника? А твой лук? Знаешь ли ты, сколько физических и магических сил, а тем более денег было потрачено на эту реликвию? Не знаешь, да и тебе это совсем неважно. Тебе важнее помахать этим луком перед носом этих рабочих, чтобы показать какой ты крутой, и как они ничтожны перед тобой. Но держу пари, оказавшись взаправду перед носом этой же самой Гартарейн, ты завизжишь как девчонка. Я не хочу быть похожей на вас. Я воин. Я защищаю, а не подставляю.
    Харниец посмотрел на неё так, будто готов был разорвать на месте. Возможно, он бы и сделал это, если бы не вошедший стражник, захотевший промочить горло. Харниец лишь очень недобро посмотрел на ферре и произнёс:
    — Ну как хочешь, шавка. Ходи и дальше как голодранка, таская на своей спине грузы как ослица. Очень надеюсь, что я не увижу тебя одиноко бредущую с паком на спине, иначе это печально для тебя кончится. Поняла?
    — Мне кажется, или дверь скрипнула? – задумчиво произнесла Фимбула, углубившись в тарелку.
    — В натуре ослица… – скривился харниец, дал девушкам знак, и они всей компанией вышли из таверны.
    Какие же они противные! Неужели все великие гильдии обречены на такое моральное разложение? Неужели вступившие в них люди настолько проникаются властью и красивой жизнью, что просто забывают о том, что они сами выходцы из тех же крестьянских и фермерских семей, что их родителей так же гнобили, как теперь гнобят они? Неужели они разучились отдавать, а могут лишь брать?
    Ферре отнесла в задумчивости тарелку обратно на стойку. Бармен попытался улыбнуться сквозь неприятные мысли и посчитал сумму.
    — Четыре золотые монеты и шесть медяков. – Назвал он конечную сумму.
    Фимбула полезла в карман и с ужасом нащупала только одну монетку. Она всё истратила…
    Хозяин сразу понял по её лицу, что у неё сильно не хватает денег, и с улыбкой сказал:
    — Вижу, с финансами туговато у тебя, да? Ну что ж, выход из ситуации есть. Тебе придётся на меня поработать.
    — Выхода у меня нет. – Фимбула с подозрением смотрела на бармена, догадываясь, что от неё попросят.
    Бармен, заметив это, рассмеялся и ответил:
    — Успокойся, кошка, ты не о том подумала. У меня просто скромная таверна, а не притон. Я всего лишь прошу тебя помочь мне с таверной. Кстати, меня зовут Тамерлан. А тебя?
    — Фимбула.
    — Хм… какое необычное имя. Ты с Запада?
    — Что?! Нет!
    — Извини. Просто имя-то западное больше, чем восточное. Просто знавал я одного ферре, который вырос на Западе. У него была тяжёлая судьба, рос в монастыре, не знал любви… спустя столько лет он решил заглянуть на Восток. Был тут буквально полтора года назад со своей любимой. Только вот имени своего мне так и не назвал… но это и не важно, его имя рано или поздно ещё прогремит не раз.
    — Понятно. Так… что же от меня требуется, чтобы выплатить свой долг?
    — О, ничего сложного. Для начала ощипай и приготовь двадцать уток. Мои утки пользуются большой популярностью. Знаешь почему? Потому что они не жирные. Что такие глаза делаешь? Да-да, я наращиваю уткам мясо, а не жир. Я кормлю их измельчёнными злаками и пою минеральной водой, которую привозят с Изначального материка. Понятия не имею, как до него добираются… моря кишат пиратами и медузами. Так же я держу уток в очень теплой среде, чтобы они не копили жир. Давай приступишь прямо сейчас.
    — Хорошо.
    Тамерлан отвёл Фимбулу к небольшой деревянной хибарке. Едва ферре зашла туда, как её сразу прошиб пот: духота как в бане, а по полу привольно гуляют крепкие откормленные утки. Ну что ж, пора браться за работу.
    Боже! Эти утки хоть и жирные на вид, но бегают как кони! Даже ловкая ферре, проводившая большинство времени своей жизни на охоте, не могла поймать этих птиц! Утки разлетались в стороны, бегали с такой скоростью, что хоть марафон устраивай. Ферре вымоталась уже через пять минут активной ловли и ей пришлось снять одежду, оставшись в одном нижнем белье из бычьей кожи. Так стало немного лучше. Кожа быков Соколиного Плато обладала очень интересным свойством – она активно пропускала через себя тепло от тел ферре, а потом отталкивала его, не позволяя коже сопреть. Даже при такой температуре Фимбула чувствовала прохладу от белья и даже немного замёрзла. Погоня за скаковыми утками даже согревала её.
    Наконец, одна утка поймана. Ферре держала в руках бьющуюся и недовольно крякающую птицу. При каждом взмахе крыльев под перьями ощутимо ходили мышцы. Очень мясистая птица. Ферре посмотрела на птицу с жалостью; возможно, утка и понимает, зачем её ловят, поэтому так убегает. Но делать нечего: судьба этой утки такова, что её съедят. Для этого она рождена.
    Последний раз редактировалось Cerberus20; 11.01.2015 в 02:08.
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  8. #28
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    3
    Фимбула отнесла утку к столу во дворе, где лежал огромный мясницкий нож. Раз! – и головка птицы откатилась к краю стола. Ферре жалостливо вздохнула, но вид крови и мяса пробудил в ней инстинкты хищника, и так потрошить птицу было проще.
    Ощипать птицу не составило труда: когти и цепкие пальцы, созданные для потрошения и лазания по деревьям, сделали своё дело. Оставив голую тушку на столе, ферре вновь вернулась в загончик.
    Все двадцать уток были ощипаны только к вечеру. Вымотавшаяся ферре занесла связку выпотрошенных и ощипанных тушек Тамерлану. Тамерлан одобрительно кивнул и принял птиц.
    — А я говорил, что наращиваю им мясо, а не жир. – С улыбкой сказал он. – Я уже научился ловить их, с непривычки тяжело, согласен. Ну что ж, спасибо тебе, ты вполне отработала свои пять монет. Переночуй, постирай одежду и завтра можешь идти. А приготовлю уж я их сам.
    — Спасибо, Тамерлан. Только я хочу кое о чём спросить.
    — Конечно.
    — Скажи мне, как можно побыстрее и безопасно добраться до Запада?
    — До Запада? Хмм… можно напрямую переплыть море и высадиться на пустынном берегу. Но для этого тебе понадобится хотя бы уплотнённая лодка. Обычная не выдержит морских волн.
    — Понятно. Где её можно взять? Точнее, как её построить?
    — Построить такую ты сама не сможешь. Только мастеру это под силу. Вот что, иди в другой конец города, в храм Сальфиры и поговори с местными монахами. Они тут всех знают, если не по именам, то по профессии точно.
    — Хорошо. И ещё, когда я была в Радужных Песках, фермер Сётунг, выращивающий таре, сказал не о каких-то боевых кошках. Он рассказывал о том, что животные обоих материков пользуются спросом у торговцев. Что это за боевые кошки?
    — Хм… я слышал что-то о Поющей Земле – мирный край, где всюду цветёт сакура. Загляденье просто. Там есть ферма известного Дзао. Он поставляет мясо быков и парное молоко. Он же и разводит этих кошек. Крупные камышовые коты, которые охраняют хозяина не хуже собаки.
    — Так я и думала. Боевой помощник мне не помешает. Спасибо ещё раз.
    Фимбула пошла наверх к комнатам. Одежда сохла во дворе, но на раздетую ферре никто не обратил внимания. Ферре всё равно считались животными, поэтому если они ходили раздетые, это никого не смущало.
    В таверне были небольшие комнатки с двухъярусными кроватями. Ферре нашла свободную комнату с соответствующей табличкой. Сняв её и заперев дверь, она забралась на второй ярус кровати и заснула.
    Утром кошка проснулась со странным чувством. Она хорошо выспалась, но будто бы чего-то не хватало; только вот чего?
    Ферре нашла свои кожаные доспехи и снаряжение внизу у стойки Тамерлана. Хозяин таверны подготовил все ещё вещи в дорогу и даже дал пять зажаренных уток с луком.
    — На вот, возьми. Проголодаешься ещё в дороге. – Сказал он, протянув ей пять кульков с крупными тушками.
    — Спасибо большое. Пожалуй, одну я съем сейчас.
    — Конечно. Завтрак – дело правое.
    Фимбула села за тот же столик и принялась есть утку. Пропитанное уксусом мясо таяло во рту, а вкус маринованного лука чудесно дополнял блюдо. Ферре не спеша наслаждалась едой и решила для себя научиться готовить такую же вкуснятину. Будет умение – ресурсы найдутся.
    Дверь с грохотом распахнулась, и вошёл тот самый грушеголовый харниец со своими девками. Как всегда, усадив дам за стол, он начал размахивать руками и громко вопить, раздавая приказы налево и направо; первым делом он начал орать на Тамерлана, прося «прислугу» приготовить пожрать «хозяевам Востока». Тамерлан с виноватым и несчастным видом, изо всех сил стараясь улыбаться, начал готовить. Фимбуле страшно хотелось посрубать головы этому уроду и его потаскушкам, но громоздкие золотые доспехи и оружие-«реликвии» очень красноречиво говорили о том, что их обладатели слишком сильны для всех присутствующих.
    Мимо их столика проходила бедно одетая харнийка. То ли она работала в таверне, то ли посетительница, неизвестно. Но одна из сидящих крикунов незаметно сунула ей под ноги свой лук. Харнийка запнулась и с приглушённым возгласом растянулась на полу. Просто дичайший ржач наполнил всю таверну, аж со второго этажа свесились удивлённые головы. Фимбула сжала кулаки: желание всадить им всем меч в одно место было очень велико, но здравый смысл сразу дал понять, что эту битву она не выиграет. Чувство чести не знакомо этим ребятам, они не побрезгуют напасть всей толпой. Доев птицу, ферре решила под шумок смыться из таверны.
    Ферре осторожно пробралась к выходу, тихонько вышла из таверны, пробежала к углу и оглянулась. Бедная харнийка вылетела из таверны и с плачем скрылась среди маленьких домов. Ржач всё ещё гремел. Фимбула облегчённо вздохнула и пошла к храму Сальфиры. Его высокие башни резко выделялись среди остальных, и блестевшая на солнце фигурка не то птицы, не то человека в огне украшала гигантский купол.
    Ферре прошла довольно большое расстояние, как вдруг сзади раздался цокот копыт. Но это была не лошадь. Фимбула не стала оглядываться, она лучше посмотрит в спину тому, кто промчится на этом изящном животном, судя по звуку. Но Фимбулу обогнал и предстал перед ней старый неприятный знакомый. Он восседал на невероятной красоты олене; похоже, это и был тот самый олень Леса Гвинедар, что на Западе. Спина и бока оленя были небесно-синего цвета, а ноги, живот, грудь и горло белого как снег. Ферре никогда не видела снега вживую, только на картинках, и он был прекрасен. Серебряные рога оленя и правда были похожи на сплетённые ветки деревьев, украшенные листьями. Так же тело оленя украшали причудливые рисунки, напоминающие изображение вьюги, а его глаза были словно два кусочка неба в солнечный ясный день. У него были изящные тонкие ноги с аккуратными копытцами, задорно загнутый хвостик и большие уши. Длинная гибкая шея пряталась под толстыми локонами жёсткой шерсти. В холке олень был ростом с Фимбулу. Фантастическое животное.
    — О, старая знакомая! – заголосил он. – Ну доброго здравия! Что ж ты не такая дерзкая, как вчера? Или тебе уже подрезали язычок?
    — Отойди, уродище. – Сурово ответила ферре, сжав кулаки. – У меня нет времени разговаривать с тобой.
    — О-о-о-о, вижу ты совсем страх потеряла. – Хищная ухмылка озарила его лицо. – Придётся преподать тебе урок, чтоб научилась уважать сильнейших!
    Харниец натянул тетиву лука. Появилась стрела, состоящая целиком из огня.
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  9. #29
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    4
    «ГАРРУС!!!» – вскрикнула Фимбула первое имя, что пришло в голову и быстро свистнула. Снежный лев спрыгнул прямо из воздуха на голову харнийца. Массивное животное свалило его с седла и пошатнуло оленя. Олень странно захрипел и, встав на дыбы, угрожающе замахал передними ногами. Гаррус зарычал, в ответ угрожая когтями. Но ферре оседлала льва и со всей силы дёрнула уздечку. Лев повиновался и понёс хозяйку в сторону храма. «Ты не уйдёшь от меня, грязное животное!» – прогремел вслед голос харнийца. Ферре со всей силы пришпорила Гарруса, и тот мчался так быстро, как мог. Фимбула едва успевала кричать зазевавшимся прохожим, чтобы не столкнуться с ними.
    Затерявшись где-то в незнакомом районе, ферре остановила своего скакуна. Гаррус тяжело дышал, высунув язык. Бежать так быстро под палящим солнцем тяжело. К счастью, недалеко был колодец. Ферре набрала воды, и лев начал жадно пить. Когда лев выпил аж полведра, Фимбула набрала ещё прохладной воды и окатила голову льва. Гаррус радостно подставил разгорячённую голову под воду, чуть приоткрыв рот так, что стало ясно: он улыбается. Фимбула улыбнулась в ответ, набрала ещё воды и окатила тело льва вместе с доспехами. Кожаные доспехи мигом пропитались водой, теперь лев сможет долго наслаждаться прохладой. Надо бы и самой умыться. Ферре умыла своё лицо и окунула голову в ведро. Прохладная вода пропитала крепкие дреды, и жара отступила. Всё-таки в Махадеби жарко; тропики как ни как. Освежившись, она осмотрелась; башни храма теперь были в абсолютно другой стороне, но всё равно возвышались над всем городом. Теперь надо держать курс прямо на них.
    Из-за угла раздались до ужаса знакомые крики, и появился тот самый синий олень, а за ним его прихвостни. Один был на белоснежном коне с розовой мордочкой, тело которого украшали похожие рисунки; двое восседали на таре, но он был кроваво-красного цвета; ещё кто-то прискакал на таких же оленях, как их главарь харниец. Ферре почти шёпотом подозвала Гарруса и вскочила на него. «Эй, вон она!!! – раздался крик. – Спустить с неё шкуру!!!» Волна огненных стрел устремилась на ферре. Гаррус не дожидаясь приказа рванул прямо на атакующих. «Что ты делаешь?! – ужаснулась Фимбула. – Остановись немедленно!!» Лев просто тараном врезался в атакующих. Олени, кони и таре едва устояли на ногах, но седоки были сбиты. Тогда лев снова стал слушаться хозяйку, и Фимбула направила его по узким улочкам в сторону храма. Сзади угрожающе нарастал грохот копыт и топот таре. Ферре оглянулась; эти звери отличались не только расцветкой, они бежали гораздо быстрее обычных животных, каких ферре видела. Она не видела в глаза гвинедарских оленей, но слышала, что они не сильно быстры. Она видела лилиотских коней, они тоже уступали по скорости розовомордому рысаку. А про таре и говорить нечего: три таре Сётунга по сравнению с красным не бежали, а пешком шли. Взмыленный Гаррус бежал так быстро, как мог, но яркие скакуны догоняли их. Фимбула резко свернула за угол и на пару минут исчезла из поля зрения. Харнийцы остановились, озираясь по сторонам. Куда же пропала эта дрянь? Предводитель погони громко ругался и приказал стрелять во всех и каждого, кто скачет на льве, а дальше Нуи «своих вернёт».
    Внезапно прямо над головами харнийцев в изящном прыжке пролетела ятта, издав звук, похожий на «ар-р-р-мыр-р-р-р», и устремилась к башням храма Сальфиры. Теперь харнийцы и ферре были практически на равных скоростях. Извилистая улица мешала сильно разгоняться. Но всё изменилось, когда ферре выбежала к огромной площади, в конце которой была стена и ворота ко двору храма. Теперь харнийцы значительно ускорились; несколько харниек оказались бардами, они достали красивые резные кларнеты, украшенные с одной стороны колючими морскими раковинами, и стали наигрывать интересную мелодию, состоящую всего из четырёх аккордов. Над головами всех скакунов появились светящиеся символы, от которых во все стороны исходило сияние, и их скорость заметно возросла. Фимбула гнала ятту, то и дело уклоняясь от огненных стрел.
    Вот уже ворота, вот двор храма. Ятта сделала большой прыжок, и ферре въехала во двор храма. Направив ятту на большое крыльцо храма, она закричала: «Кто-нибудь, помогите! За мной погоня!» Харнийцы с победным смехом приготовились к нападению, как прямо перед ними из ниоткуда возникли десять человек в монашеских одеждах. Они встали в боевую стойку, а харнийцы остановились в десяти шагах от них, и явно боялись подойти ближе. Ферре отозвала ятту и стала наблюдать. В воздухе началось какое-то движение, и возник ещё один монах. Он плавно опустился на землю и некоторое время молчал, затем раздался хрипловатый голос:
    — Опять ты, Капаган. Тебе всё ещё неймётся?
    — Уйди, старик! – крикнул с ноткой страха в голосе грушеголовый. – Не вмешивайся не в своё дело! Это наше дело, эта сука не оказывает мне должного уважения!
    — И правильно делает, Капаган. – Монах был удивительно спокоен, а значит явно сильнее их всех вместе взятых. – Ты не достоин уважения, твой дух давно прогнил. Деньги и слава уничтожили тебя, ты безвольный раб золотого дракона, который скоро сожрёт и твою плоть тоже.
    — Что ты несёшь, больной старик?!
    — Ты продал душу за золото. А ведь я помню того славного мальчика, который приходил играть со своим таре к дверям моего храма. Что с тобою стало, Капаган?
    — Что стало? Что стало?! Я тебе скажу что!! – грушеголовый, именуемый Капаганом, аж покраснел и стал похож на деформированную свёклу. – С тех пор, как я вступил в Рассвет Солнца, я пробился в люди! Теперь я один из сильнейших воинов, и я достоин преклонения всех и каждого!!! Если б не я, эта кошка отправилась бы под нож западников, которых я режу каждый день как поросят!!
    — Если бы не ты? А разве ты сам совершил все те подвиги, которыми гордишься? Ты не сделал ничего сам. Мне жаль тебя. Где твой таре, Капаган? Где твой Лордик?
    — Я разломал его и переплавил! – с некоей кровожадностью ответил Капаган. – Теперь у меня есть этот стремительный лесной олень, и мне ни к чему этот кусок бездушного металла и листьев!
    — Ты убил своего питомца. Ты убил своего первого и самого близкого друга. Это непростительное преступление. Убить своего питомца – это последнее дело в жизни каждого. Да даже не только своего, питомец врага по Кодексу Чести Воина должен быть убит после своего хозяина! Ты продал душу Мармасу. Ты больше не человек. Убирайся от моего храма, и больше не смей трогать невинных.
    — Уйди, старик! Или я раскатаю тебя по земле!!
    — Ты сам вынудил меня.
    После этих слов монахи начали колдовать. Сотворив огромные энергетические шары, они метнули их в харнийцев, и те не успели уклониться. Шары взорвались с яркой вспышкой света. Когда свет потух, харнийцы едва стояли на ногах, избитые и в треснувших доспехах; их скакуны, испачканные кровью, жалобно звали своих хозяев. Олень едва дошёл до раненой девушки и хрипя ткнул её мордой в плечо, за что незамедлительно получил по изящному носу. Монахи с нескрываемой болью смотрели, как израненные харнийцы бьют и матерят своих скакунов, за то что те вовремя не унесли их от удара магии. Ферре стояла с опущенными ушами; в её глазах всё ещё висела кровожадная улыбка харнийца, а в ушах гремели его слова о том, что он сломал и переплавил своего таре. Она представила себе, какую боль испытывал бедный механизм. Какой ужас был в его глазах, когда он понял, что с ним хочет сделать хозяин. Как сверкала «искра» в его теле, когда над ним занесли молот или ещё какое орудие…
    — Убирайтесь. – Спокойно повторил монах. – Надеюсь, что когда-нибудь вы попадёте в плен Западных гильдий, и с вами будут обращаться так же, как вы со своими животными. И надеюсь, Анталлон будет очень рад видеть вас в своей преисподней.
    Харнийцы выпили целебных зелий, вылечили друг друга заклинаниями, вскочили на своих едва живых зверей, и те побрели прочь, вздрагивая каждый раз от костедробильного удара железными пятками в бока.
    Монахи вновь испарились в воздухе, остался только один, самый главный. Он медленно повернулся к ферре, сделал пару шагов и с небольшой вспышкой цветного дыма оказался возле неё. Фимбула отшатнулась и прижала уши. Монах снял капюшон; он оказался на удивление молодым для монаха-старожила, который помнил этого Капагана маленьким мальчиком. Его длинные волосы были высоко заколоты в хвост. Глаза приятного фиолетового оттенка походили на две яркие яшмы. Но ферре присмотрелась и заметила: несмотря на всю доброту его взгляда, его радужки не имели зрачков. Он маг. И очень сильный маг. Возможно авгур или менестрель. Или даже демонолог…
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

  10. #30
    Хранитель печатей Аватар для Cerberus20
    Регистрация
    16.05.2014
    Адрес
    Россия, Екатеринбург
    Сообщений
    636
    Лучших ответов
    1
    5
    — Бедное дитя. – Сочувственно произнёс монах хрипловатым голосом, не старческим, но голосом уставшего от жизни человека. – Как тебя запугали. Ты путешественница?
    — Д-да. – Ответила ферре, успокоившись. – Вы… боевые монахи?
    — Почти. – Улыбнулся монах. – Мы – Орден Служителей Сальфиры. Мы насчитываем время своего существования ещё с распада Ордена Двенадцати. Думаю, ты хорошо знакома с Двенадцатью.
    — Да. Я слышала много легенд о наших предках.
    — Но никого из них уже нет среди живых. Нуи не простила им раздора. Мы тоже так считаем; для того ли Нуи пожертвовала своей жизнью, чтобы народы враждовали между собой? Ладно, пойдём. Ты верно устала.
    Монах провёл ферре в храм. Внутри храм казался ещё больше, чем снаружи. Внутри в шесть рядов стояли ещё монахи. У них началась служба; они стояли сложив перед собой руки и склонив головы. Их монотонное чуть приглушённое пение наполнило храм как вино кувшин. Войдя в двери, с Фимбулы словно стряхнули всю усталость; тело наполнила такая лёгкость, словно она шла по воздуху среди облаков; она абсолютно не чувствовала плиточный пол храма под лапами.
    — Выпусти свою ятту. Она ранена. – Заметил монах.
    — Разве? – удивилась Фимбула. – Я уворачивалась от ударов огненных стрел.
    — Сама посмотри.
    Ферре позвала Ежевику. На ноге ятты действительно был сильный ожог, она сильно хромала, шла опустив уши и недовольно курлыкала. Фимбула ужаснулась; как она могла не заметить?! Она нежно обняла ятту, гладя её по голове и успокаивая.
    — Пойдём на задний двор. Там есть озеро с целебной водой. Твоя ятта исцелится. – Произнёс монах. – Кстати, меня зовут отец Джихад. Я основатель этого храма и самый старый монах, хоть этого и не скажешь. А как твоё имя, храбрая ферре?
    — Фимбула, отец Джихад. – Ферре поклонилась.
    — Не надо. – Остановил её отец Джихад. – Я всего лишь монах и не достоин того, чтобы мне кланялись.
    — Я всего лишь выказываю вам моё уважение, отец Джихад.
    — Монахи аскеты, Фимбула. Мы не признаём любого проявления почестей. Перед нами никто не обязан кланяться. Поклона достойна лишь Нуи.
    Фимбулу провели во двор. Посреди небольшого ухоженного дворика, украшенного несколькими деревцами цветущей сакуры и гевеи, гуляли монахи, время от времени пробегали кошки и собаки, где-то даже ухала сова. В центре дворика сверкало на солнце маленькое озерко с кувшинками. Кристалльно чистая вода неподвижно стояла как зеркало. Видимо озеро и правда магическое; ни одно озеро не может быть таким чистым.
    Ежевика дохромала до озера и стала жадно пить воду. Отец Джихад взял её за уздечку и завёл в воду. Ятта удивительно повиновалась и зашла. Сначала она задёргалась и шагнула назад, но монах успокоил её, и через несколько секунд ятте стало легче. Она подняла уши, да и в целом повеселела. Фимбула вспомнила про свой обед из таверны. Надо бы поесть. Она отозвала ятту и вызвала запыхавшегося Гарруса. Лев заслужил немного мяса. Но тут она вспомнила о монахах и виновато посмотрела на отца Джихада. Тот привычно улыбнулся и присел рядом.
    — Не бойся, ешь. – Сказал он. – Только мне не предлагай. Я уже поел четыре дня назад.
    — Вы живёте в голоде?! – удивилась Фимбула.
    — Не в голоде. Мы – боевые маги, наши тела устроены несколько иначе. Со временем нам нужно всё меньше и меньше земной пищи. Тебе не понять этого, даже если я буду объяснять. Ты ведь не маг.
    — Таких, как я, называют мстителями. – Ответила ферре. – Воины меча и лука. Универсальные убийцы ближнего и дальнего боя. Хотя всё-таки больше дальнего, вблизи мы добиваем врага.
    — Понятно. Я так понимаю, ты один из лучших воинов твоего племени?
    — Как сказать… я хорошо охочусь на чудовищ, но никогда не дралась с другими расами. Я считаю, что это неправильно.
    — Ты улучшаешь своё мастерство, чтобы никогда не использовать его против других людей. Это похвально. Нуи никогда не оставит тебя, ибо ты преследуешь благие цели. Скажи, что заставило тебя уйти из своего прайда, если ты не желаешь стать участником этой войны?
    — Я ищу Чёрного Ветра. Он явился мне во снах и звал. Теперь я иду на Нуимар. Мой путь лежит через Запад, через море… мне нужна ваша помощь, Тамерлан сказал, что вы можете мне помочь.
    — Тамерлан? Ах да, тот самый парень, что держит таверну. Славный малый, мы с его дедушкой были тесно знакомы. Ещё до того, как я принял монашество, мы гоняли мячик во дворе этого храма. Точнее, на пустыре, что был здесь до него. Но чем я могу тебе помочь?
    — Мне сказали, что здесь есть где-то лодочных дел мастер. Тот, кто сможет соорудить мне лодку, способную переплыть море не хуже любого корабля.
    — Хм-м-м… ты уже верно мыслишь, Фимбула. Знаешь, сколько до тебя ко мне приходило таких же героев-путешественников? Неисчислимое количество. Но они считали позором плавать на лодке через море. Им так хотелось подчеркнуть свой престиж, плывя под красивым парусом на Запад и украсить его головами врагов. Знаешь, что с ними стало?
    — Что?
    — Половина с позором вернулись на родные берега, потерпев нашествие медуз или столкновение с вражеской эскадрой, другая половина погибли вместе со своим кораблём. Им было невдомёк, что их развевающиеся паруса видно отовсюду! Они даже не подумали о том, что уже за километр сообщали о своём присутствии! Тщеславие ослепило их.
    — А Нуи?
    — Нуи не вернула их. Их тела остались погребены под обломками их кораблей. И до сих пор их кости покоятся на морском дне. Твоя лодка медленная, но она позволит тебе беспрепятственно перемещаться по морю. Издалека тебя могут принять за гигантского плавунца или вовсе за обломок разбитого Кракеном судна…
    — Кракена? Кто это? – Фимбула задёргала ушами. – Это… самый страшный пират?
    Отец Джихад по-доброму усмехнулся.
    — Глупенькая ферре. Хорошо что ты встретила меня. Кракен – это Демон Морей, это огромное существо со множеством щупалец. Оно топит корабли как щепки, оно пожирает тоннами рыбу, медуз и плавунцов, а людей просто миллионами. Дракониха Гартарейн властвует в воздухе, Кракен и Левиафан в море, Тайран и Трауд на земле.
    — Гартарейн я знаю. Воплощённый гнев природы. Кракена тоже теперь знаю. Но остальные… кто все эти чудовища?
    — Ты сама узнаешь их. Ты ещё не раз столкнёшься с ними. Да-да, а ты что думала? Запад таит в себе не только смерть и врагов, но и страшных чудовищ. Как и Восток… в Хазире время от времени выходит на охоту страшная Сехекмет, в Поющей Земле среди скал бродит Сонг – король лесных духов. А на твоём родном Соколином Плато бродит Каменный Странник – ожившая груда камней. Она не опасна, если её не трогать. Фимбула, в мире есть много существ, о сосуществовании которых ты даже не представляешь. Возможно, когда-нибудь некоторые из них покорятся твоей сильной руке и станут твоими питомцами. Я вижу в тебе талантливого зверовода, нужно очень сильно любить животных, и я вижу, ты это умеешь.
    — Подождите, подождите! Вы сказали, Хазира?
    — Это регион нашего материка. Не знаю, попадёшь ли ты туда, но тем не менее. Будь осторожна. Так, ты спрашивала меня о мастере по лодкам?
    — Да.
    — Есть такой у нас. Он в городском порту живёт. Красивые лодки делает. Хочешь, обычную, хочешь, в виде лебедя. Но вот с оплатой большая беда…
    — Дорого берёт?
    — Не то чтобы дорого, но лодки и корабли он строит, укрепляя их панцирем диких пляжных черепах. А эти существа ох как опасны-то… кусаются, заразы, прости Сальфира… одной тебе будет очень тяжело. У тебя есть боевые питомцы?
    — Нет. Я слышала что-то о кошках с фермы Дзао…
    — Вот. Первым делом сбегай в Поющую Землю и обзаведись котом. Без боевого помощника очень опасно. А потом и к мастеру в порт иди.
    — Спасибо вам, отец Джихад. За беседу интересную, за то что ятту вылечили, от этих дураков спасли. Чем я могу отплатить вам?
    — Ну… есть одно дело… ты когда-нибудь слышала об Акмите?
    — Акмите? Нет, не слышала.
    — Акмит был пуританин. Он слепо веровал в Сальфиру, забыв о том, что даже боги ошибаются. Он абсолютно во всём искал её проявление. Дошло до того, что его разум помутился, и он вообразил себя её воплощением. Он говорил, что его устами говорит сама Сальфира. Однажды дошло до того, что он неправильно истолковал созвездие, и решил, что так Сальфира повелевает ему перерезать всех монахов и захватить храм, превратив его в обитель для таких же пуритан и фанатиков. У него ничего не вышло, и он был заперт в катакомбах Аль-Харбы вместе со всеми его приспешниками. Неизвестно, что с ними там стало, но их злобные призраки до сих пор бродят по этим катакомбам, обретя материальную оболочку. Более того, с ними там бродят и огненные гончие – демоны, порождённые гневом Сальфиры. Как и Чёрные Ветра. Но если Чёрные Ветра усмирили свой гнев и стали друзьями людям, то эти рогатые собаки всё ещё рыскают в поисках людской плоти. Сейчас пять дней будет Красное Полнолуние, на небе будет видно огромную Красную Луну. Акмит и его фанатики вновь возвратятся в катакомбы. В этот период они особо опасны – Красная Луна дарует им реальную силу. Мы не можем туда сунуться, наша магия теряет силу в этом злополучном месте. Я хочу попросить тебя это сделать. За каждый день мы щедро расплатимся. Думаю, четыре дельфийские монеты не будут лишними.
    — Хорошо. Я согласна. Но я могу сделать это и за просто так. Я не хочу выглядеть меркантильной.
    — Монашество научило нас легко расставаться с материальными ценностями. Я не могу всего тебе рассказать, но так получилось, что эти звёзды идут в наш храм нескончаемым потоком. Но зачем они нам? На что? А вот людям вроде тебя они очень пригодятся. Поэтому я без скупости буду давать тебе по четыре звезды в день, за каждую расчистку. Вполне возможно, что и в самих катакомбах ты найдёшь несколько этих звёзд.
    — Хорошо. Когда можно это сделать?
    — Ночью. Сегодня ночью, когда увидишь на небе Красную Луну. А пока можешь отдохнуть. Можешь поспать или погулять по городу. В любом случае, мой храм – твой дом. Ты поразила меня своим благородством.
    Ферре с улыбкой кивнула. Отец Джихад удалился, а она со львом продолжили трапезу.
    Тренер и коллекционер животных. У меня нет четвероногих слуг, у меня есть очень много четвероногих братьев и сестёр

    https://aa.mail.ru/forums/fredirect.p...ars%252F13.png

+ Ответить в теме
Страница 3 из 15 ПерваяПервая 1 2 3 4 5 13 ... ПоследняяПоследняя

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения